Эксперты назвали причинами сезонность, повышение ключевой ставки. Основным способом решения проблемы в текущих условиях две трети респондентов назвали сокращение расходов компаний. Business FM обратилась к предпринимателям с вопросом, столкнулись ли они с проблемой неплатежей
Российский бизнес столкнулся с резким ростом неплатежей со стороны контрагентов. О такой проблеме в третьем квартале текущего года говорят 37% предпринимателей, опрошенных Российским союзом промышленников и предпринимателей. Это может стать первым сигналом грядущего роста банкротств.
Среди причин эксперты называют сезонность, в третьем квартале могут возникать кассовые разрывы. Этот период совпал с повышением ключевой ставки, что помешало уравновесить временные трудности с ликвидностью за счет кредитов.
Основным способом повышения эффективности в текущих условиях две трети респондентов назвали сокращение расходов компаний. Из них более 80% намерены сделать это за счет уменьшения затрат на административные и хозяйственные нужды.
Business FM обратилась к российским предпринимателям с вопросом, столкнулись ли они с проблемой неплатежей.
«Да, мы столкнулись с таким моментом, потому что у нас резко возросла дебиторская задолженность, притом просроченная дебиторская задолженность. Мы фиксируем увеличение просроченной дебиторской задолженности около 150-170%. То есть с нашей стороны увеличилось количество претензий к нашим контрагентам, нашим заказчикам. К сожалению, вынуждены фиксировать, что это так. И большинство просят отсрочки платежа. Пока это не проблема, но уже тревожная ситуация. Некоторые объясняют тем, что работают в рамках государственных заказов, и там не всегда своевременное исполнение платежей, некоторые объясняют, что есть некоторые сложности с оборотными средствами. Мы не вдаемся в сильные подробности относительно того, почему возникли такие сложности: либо были в основном заемные средства, либо собственных не хватает. Ну просто факт, что говорят, что не хватает оборотных средств. Некоторые жалуются уже на своих контрагентов, которые перед ними не исполнили обязательства по оплате дебиторской задолженности, и, соответственно, они перекладывают этот долг на нас и не платят — тенденция видна. Пока мы ничего не сокращаем, пока на нашей операционной деятельности это никак не отразилось, за исключением того, что, понятное дело, где-то оборотных средств требуется больше, но мы это решаем за счет собственных средств. Если такая ситуация будет раскручиваться, то, скорее всего, либо придется переходить на жесткие требования по оплате, либо вообще на предоплату».
«Проблема в том, что стали дорогие деньги, и все компании практически хранят деньги, даже на выходных, на депозитах. Потому что сейчас за выходные может накапать приличная сумма с оборота. И не платят все, кто могут по контракту не платить. Такого раньше никогда не было, в этом году — у тебя есть сроки по оплате контракта, допустим, 45 дней, вот тебе на 45-й день оплатят. Или не оплатят, и ты будешь писать претензии, в рамках претензий будете каким-то образом договариваться. Конечно, судебные издержки, как правило, высокие, и ждут, пока оплатят контрагенты в рамках мировых соглашений без штрафных санкций и пеней. У нас это тоже с крупными предприятиями часто происходит, причем именно заказчики из крупных налогоплательщиков чаще не платят, чем малый бизнес. Застройщики строят, допустим, в юридической компании мы обслуживаем несколько крупных застройщиков. Те в принципе остановили платежи, потому что у них встали продажи. И фактически мы их обслуживаем сейчас в долг, и там тоже идут иски, потому что те, с кем мы работали, допустим, начальники отделов, их практически всех уволили. Я так это сравниваю именно с тем, что кредитно-денежная политика сейчас очень дорогая, те, кто имеют возможность работать с собственными средствами, стараются платить как можно позже. Мы сейчас вынуждены иметь тоже депозит в пределах трехмесячной выручки для того, чтобы поддерживать оборот и ни в коем случае не задерживать свои платежи. И конечно, в некоторых из моих бизнесов 50% от всей выручки в расходах — это фонд оплаты труда. Задерживать зарплаты и прочее мы ни в коем случае себе не допускаем, всегда держим деньги так, чтобы хватило на свои нужды, в рамках своего коллектива и партнеров, ни в коем случае никого не подставлять. Спрос, как мы это предвидим в ближайшее время, будет падать — пока что он не падал, но я думаю, что политика того, чтобы охладить экономику, сработает, и мы будем где-то ужиматься и, возможно, кого-то увольнять, возможно, искать более дешевых контрагентов и снижать издержки».
«В прошлом году у нас была большая дебиторская задолженность, а в этом году мы от всей дебиторской задолженности избавились, и у нас идет авансирование наших работ, у нас разработан IT-продукт, мы его продаем. По лицензии, по подписке. И нам контрагенты оплачивают вперед. Если они вперед не оплатили, мы можем отключить. Соответственно, в этом году у нас нет проблем с поступлением платежей от контрагентов. Стоит отметить, что наши контрагенты — это крупные девелоперы. Этот год у них был относительно успешным из-за поддержки ипотечных программ. Но после того, как ключевая ставка выросла до 21%, многие девелоперы очень осторожно относятся к новым проектам, многие сворачивают финансирование, менее охотно покупают различные в том числе программные обеспечения. Например, четыре новых потенциальных клиента отказались от нашей IT-системы только из-за того, что непонятна ситуация на рынке, говорят: мы наблюдаем. Следующий год они называют годом выживания».
По данным Федресурса, количество корпоративных банкротств в России за три квартала текущего года увеличилось почти до 6,5 тысячи. Это на четверть больше, чем за аналогичный период прошлого года. Основной прирост пришелся на первый квартал — 53% год к году.
